Впрочем, на ворота, как ни обидно, внимания почти не обращают: взгляды и объективы нацеливаются главным образом на пирамиду Кая Цестия (Piramide Cestio). Трибун, претор и чревоугодник Цестий ни с того ни с сего решил переплюнуть египетских фараонов, заказав себе пирамидальную гробницу. И, между прочим, был прав: похоронили его в 12 году после Рождества Христова, а пирамида прекрасно выглядит и по сей день. Разве что с принадлежностью ее некоторое время были проблемы: средневековые римляне (вплоть до Петрарки) были уверены, что на самом деле гробница принадлежит Ромулу и Рему.
Солидный вид сооружения портит лишь то обстоятельство, что стоит оно больше не в заброшенной римской Кампанье, а на суматошном перекрестке, и смотрит не вдаль, к морю, а всего лишь на вокзал Остиенсе (Stazione Ostiense) - центр местной украинской общины. Печальные люди (некоторые с классическими гетманскими усами) провожают взглядами пляжные электрички. Иногда, судя по мокрым полотенцам, торчащим из сумок их жен, они тоже ездят на море, но выражение лиц от этого не меняется.
Но вот классический римский парадокс: в двух шагах от привокзальной суеты, усугубленной конечными остановками пары десятков автобусов, располагается одно из самых благостных и идиллических мест города - протестантское кладбище (Cimitero Acattolico). Здесь с XVII века хоронили всех лиц некатолического вероисповедания, каким только доводилось умирать в Риме. Поэтому на кладбище можно найти могилы англичан (самые главные - Шелли и Китс), немцев (на одном из камней написано просто «Сын Гете»), православных (вроде дочери пушкинского друга князя Вяземского), буддистов, китайцев и даже атеистов (среди мирных иностранцев неожиданно решили предать земле основателя итальянской компартии Антонио Грамши). Плиты с монументами, затерянные среди цветущих кустарников и петляющих дорожек, выглядят так, будто это и не надгробия вовсе, а какой-то сложно спланированный и как следует запущенный сад. А на воротах у входа висит табличка: «Газеты, заказные письма и прочую корреспонденцию просьба бросать в почтовый ящик».
Отсюда можно двинуться в Тестаччо, а можно сесть на любой из идущий по Остийской дороге (Via Ostiense) автобусов и отметиться у одной из семи главнейших римских базилик - Сан-Паоло-Фуори-ле-Мура (San Paolo Fuori le Mura), основанной Константином на том месте, где, по легенде, был похоронен апостол Павел. К сожалению, в 1823 году почти все, на что тут следовало смотреть - а работали в Сан-Паоло Пьетро Каваллини, Арнольфо ди Камбио, Беноццо Гоццоли и Антониаццо Романо, - сгорело при пожаре. Уцелела лишь апсида с Арнольфовым алтарным навесом да церковный дворик. Кампанию по восстановлению базилики в прежнем виде проводили масштабно, по всей Европе - на эту стройку успел пожертвовать даже российский царь Александр I. Но получилось, несмотря на все старания, отменно уныло. Радуют только портреты пап в медальонах, окаймляющих боковые стены, да пестрые, витые колонны дворика в технике косматеско.
Чтобы утешиться, по дороге обратно (которая сама по себе крайне невзрачна и на утешение не тянет) стоит наведаться на электростанцию Монтемартини (Centrale Montemartini), где античные статуи красуются на фоне отремонтированных, пахнущих свежим маслом старинных турбин.
